Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

"Многие попадут в рай"

В "Свободной прессе" сегодня вышла статья о моей книге "здесь люди" и о книге Захара Прилепина "Некоторые не попадут в ад".
Автор - профессор социологии, Нина Сорокина. Она родом из Первомайска, ставшего и мне родным.
Мне понравился конец статьи: "Если бы я была членом жюри по присуждению какой-либо премии — Нацбест, Нобелевской или ещё какой-нибудь, я бы отдала голос за книгу «Здесь люди»."
Книга действительно была номинирована на НацБест в 2016 году, но в шот-лист не прошла.
Друзья, если вы хотите купить мою книгу - подробности по ссылке.
Ну и выдержки из статьи о книге:

Collapse )




promo littlehirosima march 30, 2021 20:10 151
Buy for 1 000 tokens
Большинство попадает в этот блог случайно и возникают вопросы: На многие из них из раза в раз приходится отвечать одно и тоже. Решила осветить всё в одном посте. Кто мы такие: Мы - это я, Дуня, или Евдокия, мои друзья и волонтеры в Москве, Луганске и других местах, которые помогают мне в…

Снять фильм

Два года назад у меня родился амбициозный план снять кино.
Я не очень себе представляла что хочу, но хотелось сделать фильм об одной из наших поездок на Донбасс. Никто из нашей команды ничего не умел делать в этом отношении. Я сама, к слову, до сих пор не способна даже порезать нормально видос. Мы взяли с собой несколько гоупро и писали все подряд. Гоупро - потому что маленькие и не мешали.
Это была наша 16 поездка - конец марта 2017 года.
Снимали действительно всё. Как едем по трассе, едим, заходим с помощью к людям. Как тащимся без лифта с сумками на 9 этаж и травим анекдоты. Погружаем Сережу Куценко в машину и катаем по родному поселку, где он лишился дома. Записала много больших интервью у разных людей.
Поездка стартовала "весело". На границе простояли очень долго и попали в ЛНР в комендантский час, где нас, конечно, и приняли опы на трассе. Ночевали в машине у комендатуры в Свердловске. Были интересные диалоги, жаль, не писала скрытой камерой. Ну да ладно.
Collapse )




"Откуда вы такая?"

Я вообще перестала понимать как работает эта чертова информация.
Чувствую себя маленькой лошадью, которая тащит повозку. Пишу, пишу, пишу - реакции почти нет. И вдруг, в очередной (сотый или даже сто первый) раз, кажется, писать опять нечего. Нет слов - исписалась, опустошилась. От этого нет даже обиды - это было столько раз, что отношусь к этому легко, как к данности. Сижу себе с чайником пуэра у компа и медитирую на пустую страничку.
А потом вываливаю свою импотентность на экран.
И вдруг сеть прорывает. За три дня меня закидали письмами.
- Как помочь?
- Где, что?
- Дуня, откуда вы такая?
Collapse )

Никому не нужны

Мою книгу прочитала девушка, которой мы помогаем. Девушка сейчас живет в Луганске. Но долгое время жила на территории подконтрольной ВСУ. Вынуждена была уехать. Внизу поста её письмо.
Я не хотела написать в книге какую-то правду, чтобы кто-то во что-то поверил.
Но мне порой хочется проорать всем, кто пишет, что российские войска воюют с "несчастной" Украиной: ОЧНИТЕСЬ!!!! Эти люди никому не нужны. Никому!
Украине нужна лишь территория, земля, и плевала она на людей. Тем более каких-то там "сепаров, которые сами виноваты".
Путину? Нужны ли эти люди Путину? Очевидно, что нет.
Пятый год жители ЛДНР гибнут, выживают. Ни для кого не секрет, что получение российского гражданства очень сложная процедура, которая далеко не всем под силу. Люди не могут нормально устроиться в России. Сотни, если не тысячи, людей вернулись и продолжают возвращаться. Кому-то, конечно, повезло, и кто-то получил гражданство. Я таких знаю. Но еще больше тех, кто не смог. Многодетные, родители с инвалидами, одинокие матери - куда им приткнуться?
Никому не нужны. Вот и вынуждены просто выживать там.

Collapse )

День крови

Помню до мельчайших подробностей момент, как узнала про Одессу четыре года назад. Я спешила и ничего не поняла. А вечером начала читать. Но и тогда ничего не поняла.
Не поняла и на другой день. Моя лента тогда состояла из Навального и прочей оппозиционной чепухи, льющей слюни на жовто-блакитный флаг. Я не понимала что читать и как это вот всё понимать. Не понимала людей с красивыми лицами, кто спасал собачек, постил людей без рук, рисующих картины, и в этот день пишущих про "копченную сотню". Моих знакомых, моих друзей. Я правда не понимала и думала что произошла какая-то ошибка, недопонимание. Что вот так про живых людей нельзя же говорить.
Осознание пришло потом, спустя время.
Collapse )



Апокалипсис сегодня

Каждый день Апокалипсис - то локальный, то вселенский. Иногда сообщения о них, в смысле Апакалипсисах, имеют под собой основания, но все чаще это истерия, которой мы поддаемся бессознательно. Один политик сказал, другой передумал, третий промолчал. Высказывания фигур мирового уровня стали напоминать серпентарий в женском чатике. То пмс, то уже месячные, простите, то еще что.
И мы вынуждены жить в этом. Самозабвенно погибаем, воскресаем, не спим, пьем капли, страдаем, злорадствуем, читая и смотря новости. Потом выдыхаем, но капли и язвительность про запас держим.
Вы вообще серьезно про войну?
Братцы, а война-то уже идет. Давно.
Collapse )


А давайте про Сережу расскажу?

Рассказывать про Сережу - все равно что рассказывать о том, как поживает мой какой-нибудь двоюродный дядя. Наверное, поэтому я стала писать о нем все реже и реже. Что-то уже и выносить на общественность не удобно, а что-то наоборот - уже столько раз писала, что неловко повторяться. Сереже Куценко посвящена, пожалуй, самая большая глава в моей книге "здесь люди".
Как Сережа?
Сережа грустит и очень скучает в гериатрическом пансионате. А ведь пансионат даже и домом престарелых назвать нельзя.
Красивые дорожки, беседки, мостики - отличный ремонт, вкусно кормят, но...



Collapse )



Нас убивают

Раз в два месяца меня накрывает и я начинаю реветь, как раненный зверь.
Начинаю проклинать несчастную ленту с котиками и пальмами. Заламывать руки, ныть, что война никому не интересна. После этого обычно идут комментарии от неравнодушных, что они каждую секунду помнят и переживают. Кто-то пишет, что невозможно жить в стрессе три года, и что надо отдыхать. И что я не имею права требовать от людей постоянного сочувствия и переживания. И вообще, что можно сделать?
Я пишу каждый раз понимая, что пишу скорее для себя. От безысходности - да и как не писать, когда ты видишь всё своими глазами?
Что я могу сделать? Месяц назад я надрывно призывала не молчать, писать и говорить.
А между тем, ничего не произошло, и это меня бесит больше всего.
Меня бесит то, что я лично ничего не могу сделать. Меня бесит мое собственное бессилие, кроме писанины.
И ничего не происходит.
Когда мне было 12 лет, я хорошо помню, как сидела в комнате в наушниках, и вдруг перестала дышать от того, как несправедливо всё вокруг. Меня накрыло несовершенством этого мира, и я даже рыдать не смогла. Перестала дышать и замерла. И тогда подумала, можно вот ведь отдать свою жизнь, подарить ее, чтобы спасти других. В общем, это было обычное такое подростковое самоосознание, через которое прошел почти каждый. Наивность мысли, что ты можешь что-то изменить своей смертью или жизнью.
В декабре мы ездили на Донбасс с очередной раздачей помощи людям.
И аккурат за неделю до нашего приезда, в дом к Инне почти в центре Первомайска прилетел снаряд.
Collapse )


Кому нужнее

Я начинала помощь людям Донбасса в 2014 году с того, что мы с друзьями, благодаря вам, мои читатели и френды, привозили большими машинами много еды в Первомайск. В 2014 году город находился в катастрофическом положении, и там был в буквальном смысле голод. Город был отрезан от остальной части республики и был в гуманитарной блокаде, куда не доезжала даже ОБСЕ. Люди жили в подвалах и бомбоубежищах, магазины были закрыты и было нечего есть. Тогда работали социальные столовые, которые бесплатно кормили людей.
Мы ездили вплоть до лета 2015 года почти каждые три недели с едой для этих столовых. Потом гуманитарная ситуация улучшилась, да и столовые закрыли - так ездить мы перестали. Хотя мое лично мнение - подобные столовые по-прежнему нужны почти везде в ЛНР. Столовые для нуждающихся. В Республиках много одиноких стариков, многодетных семей и просто нуждающихся, которые питаются плохо и сводят концы с концами.
Но я не об этом.

Collapse )

Делай, что можешь

Меня часто называют волонтером, но это неправда. Я совсем не волонтер, и даже не гуманитарщик.
Не знаю как правильно можно назвать то, что делаю. Поняла, что совершенно точно не могу быть волонтером, кто помогает людям в хосписах, инвалидам, пожилым.
Я могу написать репортаж, встать на место человека и об этом рассказать вам, поехать на "передок", где опасно. Да, я буду бояться, как любой нормальный человек. Но это переживу. А вот видеть глаза людей, которым осталось жить чуть-чуть - выше моих сил. И привыкнуть к этому я за три года не смогла. Брошенные старики, дети-инвалиды, умирающие в хосписах - это меня убивает. Я не могу.
А наша Лена может. Не знаю как, но может. Не знаю откуда она черпает силы...
Collapse )